Аксиологический подход к правопониманию

Потребность в аксиологическом осмыслении проблем права коренится в смыслополагающих вопросах человеческого бытия. Ценности теснейшим образом связаны с понятием смысла, смысла человеческой жизни, смысла нравственности и права. Учение о ценностях представляет собой достаточно широкую область философии права и занимает в правопонимании значительное место. Исследование нравственно-аксиологических проблем права является научным направлением и имеет особую значимость, не вполне осознанную в теории права. В современной юридической, философско-правовой литературе исходная категория правовой аксиологии – ценность – не получила пока еще рационального обоснования. Хотя попытки предпринимались.

Так в октябре 1995 г. в Институте государства и права РАН состоялось заседание круглого стола на тему: «Традиции и обновление в праве: проблемы ценностного подхода». На этом заседании было подчеркнуто, что методологические ориентации ценностного подхода восходят к традициям естественно-правовой школы, философии Канта и Гегеля, в известной мере к исторической школе права, а также к марксистской теории исторического процесса. В русской дореволюционной философии права эта тематика наиболее отчетливо была представлена в трудах Вл. Соловьева, П. Новгородцева, Б. Кистяковского, в работах их учеников и последователей. В 1997 году в Институте государства и права РАН состоялся симпозиум на тему: «Политико-правовые ценности: история и современность».

Разработки аксиологических аспектов права представлены в трудах таких современных ученых как: С.С. Алексеев, Н.М. Кейзеров, Д.А. Керимов, Н.И.Козюбра, Е.А. Лукашева, Г.В. Мальцев, В.С.Нерсесянц, М.Ф. Орзих, В.А. Четвернин, А.И. Экимов, Л.С.Явич и другие. А также в трудах зарубежных правоведов: Ж.Карбонье, Н. Неновски, И.Сабо, С.П. Синха, Л. Фридман, Я. Янев, и др.

Отрадно отметить и вклад молодых ученых казахстанцев в разработку данной проблемы. Например, Л. Избасова в своей статье «Ценностный подход к правопониманию» излагая собственное видение проблемы, приходит не совсем к верному выводу о том, что данную категорию «по большому счету рационально обосновать невозможно, она, скорее, является предметом веры». Однако рациональное обоснование ценностям можно найти в работе Мильнера-Иринина «Этика или принципы истиной человечности», в которой автор обосновывает десять нравственных принципов выводя их из самой природы человека.

Данной точки зрения придерживается И.Д. Мишина. Она верно отмечает, что «вопросы методологии теории права рассматриваются в предметных рамках философии, поэтому обращение к некоторым философским положениям неизбежно для формирования теоретико-правового мировоззрения, для выработки методологической позиции в конкретных теоретико-правовых исследованиях». В своем диссертационном исследовании она отстаивает представление о том, что первичной и более высоко организованной в духовном смысле системой по отношению к праву является нравственность, из координат которой осуществляется оценка правовых явлений, невозможная вне вечных нравственных ценностей идеалов.

Ценностный подход к действительности связан со стремлением найти высшее орправдание человеческой жизни, связан с выбором целей, когда ценность выступает как некоторый идеал, конечное основание для выбора. Для установления объективной истины необходим не только гносеологический подход, но и аксиологический. Поэтому правопонимание игнорирующее аксиологические проблемы – ущербно. Неслучайно А.Швейцер писал о том, что право стало жертвой отсутствия мирровоззрения. Мировоззрение же со времен И. Канта определяется как единство веры, нравственности и знаний, при этом ни один из элементов не редуцируется к другому. На основании этого сторонники ценностного подхода приходят к выводу, что юридические знания, знания о праве в юридическом мировоззрении всегда соединены с нравственными ценностями.

Нравственность и право имеют единое духовное аксиологическое ядро, но не сливаются, не совпадают на онтологическом уровне, на социально-нормативном уровне являются независимыми (хотя и взаимодействуют), имеют собственные наборы ценностей-средств, нередко вступают в противоречия.

В юриспруденции понятие ценности не занимает какое-либо значимое место. Среди правоведов нет единой точки зрения на данное понятие. Существующие трактовки можно сгруппировать следующим образом: ценность -

- это интерес, убеждение, представление субъекта (Ю.А. Демидов);

- предмет, явление, материальное или идеальное по своему субстрату, обладающее способностью удовлетворять потребность (В.Н. Кудрявцев, А.Ф Черданцев);

- способность, потенциальная функция (В.М. Баранов, И.Л. Петрухин);

- само функционирование предмета в качестве средства удовлетворения потребности, т.е. его реальная значимость (П.М. Рабинович, Н. Неновски);

- явления особой реальности, возникающие в результате взаимодействия особых свойств предметов объективной действительности и направленных на них потребностей, интересов субъекта (Л.С. Мамут).

К сожалению в определении ценностей предпочтение отдается потребностному подходу. Подобные интерпретации не дают возможности объяснить почему люди действуют против своих интересов и утилитарно понимаемых потребностей. Потребностные психологические и социологические трактовки лишают ценности самостоятельного концептуального наполнения. Сущность ценностей, понимаемых таким образом, заключена не в них самих, а в потребностях и интересах. Очевидно, что авторы производят объяснение высшего посредством низшего (бытие иерархично, иерархична и система ценностей) на наш взгляд, это типичная методологическая ошибка.

Нам близка точка зрения И.Д. Мишиной, которая применяет метод сублимации (возведение низшего к высшему). В иерархии ценностей наивысшее положение традиционно занимают ценности духовные, нравственные, они обладают приматом над интеллектуальными, волевыми, психологическими и материальными ценностями. Ценности, по мнению И.Канта, В.С. Соловьева, Н.А. Бердяева, И.А. Ильина, И.Д. Мишиной и др,

- это критерии, которые не могут быть придуманы или сотворены. Ценности – это идеальное бытие, которое надличностно. Будучи идеальными, общечеловеческие ценности не зависят от человеческих потребностей и желаний и не выводятся из них, их нельзя объяснить посредством чего-то другого, что является еще более очевидным. «Ценности – это конечные основания целеполагания, сущности особого рода, бытие которых подчинено законам, отличным от бытия материального мира. Нравственно-правовые ценности должны составлять ядро юридического мировоззрения».

Ценности воплощаются в идеалах, принципах, целях нормах. Нередко ценностная (нравственно-правовая) саморегуляция подменяется нетворческой функциональной активностью, основанной на правовых нормах, эталонах, образцах поведения (злоупотребление правом).

Ценность нельзя смешивать с оценкой. Первая – объективна, надличностна, вторая – связана с субъектом, развитостью его способности к интуиции, правовым образованием и воспитанием. Объективные, абсолютные ценности, которые всегда есть цель, нельзя подменять ценностями относительными, ценностями-средствами.

Употребление понятия «ценность» введено И. Кантом, который обосновывает регулятивное и нормативное значение ценностей через априорные императивы разума (цели, требования, формулы и максимы). Идеализм, который был свойственен философии Канта, мистицифицирует и сами ценности. Ценности представляются как сфера, где господствуют абсолютные и иррациональные начала.

Сурия П. Синха признает, что существует определенная шкала ценностей, где духовные ценности преобладают над материальными. Он пытается примирить объективный характер правовых ценностей с историчностью правовых идеалов, и рассматривает действующее право в качестве посредника между общественными ценностями и человеческим поведением.

Для нас наиболее приемлема идея неокантианца Виндельбанда рассматривать право как высшую ценность культуры. Он толковал ценности как нормы культуры и, кроме ценностей истины, добра и красоты, признавал такие ценности-блага человеческой культуры, как искусство, религия, наука и право. Точку зрения Виндельбанда и Риккерта разделял выдающийся юрист прошлого века Б.А. Кистяковский, который вместе с тем пытался совместить метод телеологического, нормативного объяснения социальной действительности с признанием закономерностей, существующих в обществе, и возможности их познания.

В юридической литературе нет четкого определения «ценности» как теоретико-правовой категории. Теоретики права спорят являются ли ценности объективными или субъективными явлениями, универсальными или относительными по отношению к праву, в чем отличие такой ценности как Идея права от правовых ценностей, следует ли воспринимать ценности как шкалу измерения самого права и т.д.

Для В.Г. Графского « право в его социальном измерении предстает не столько в пространственном и одномоментном акте, сколько в своем длящемся действии (курсив наш – Л.С.) – долговременном или краткосрочном, постоянном (вечном) или преходящем…». /1, С. 105/ Право, по мнению автора, содержит в себе некий идеальный (ценностный масштаб) для особого рода общения, упорядочивания и контроля, предстающий вовне вечно недостижимым, но не теряющим своей притягательной силы идеальным состоянием, находящим поддержку в убеждениях и ценностных ориентациях участников правового общения.

В.С. Нерсесянц рассматривает ценность права как триединство свободы, равенства и справедливости. Данные категории являются, по мнению автора, общечеловеческими ценностями, главными критериями достижений человеческой цивилизации на различных этапах ее исторического развития. /1, С. 109/

Л.Р. Сюкияйнен сводит правовые ценности к правовым принципам. Он полагает, что существующие в мусульманском праве пять принципов (вера, жизнь, разум, нравственность, и собственность) были сформулированы в 99-ти ценностях и в Х1Х веке канонизированы. Ценности здесь предстают целями и интересами, которым призвано служить право. В догматике было зафиксировано, что постоянной и неизменной пребывает воля Аллаха, воплощенная в текстах и общих принципах права, однако нормы права могут меняться с учетом места и времени. /1, С. 110/

Мы полагаем, что ценность как культурологическая категория – это та объективная данность, которая позволяет праву оставаться самим собой, то есть феноменом культуры. Ценностное измерение права позволяет считаться с многообразием внутреннего содержания права, воплощенного в правовых нормах, принципах, институтах, символах и т.д. Ценности интегрируются в праве и непосредственно им опосредуются превращаясь в правовые ценности. Правовые ценности в зависимости от различных объективных и субъективных факторов по разному отражают, закрепляют в государственно-правовых системах общечеловеческие ценности. Например, такие ценности как свобода, равенство, справедливость в различных национально-правовых системах защищаются нормами права по разному в зависимости от национального, культурного и пр. развития. Свобода частной собственности в США и Казахстане трактуется по-разному. Право частной собственности в США священно и неприкосновенно. Свою территорию, принадлежащую тебе на правах частной собственности ты можешь защищать любыми средствами, даже за убийство лица, посягнувшего на твое право частной собственности, тебя не привлекут к уголовной ответственности. В Казахстане же если ты превысил меры необходимой обороны при защите своей собственности ты будешь привлечен к уголовной ответственности.